Исследователи из Мюнхенского университета Людвига — Максимилиана провели пять экспериментов с 1092 участниками из Великобритании. Выяснилось, что сознание люди приписывают человеку охотнее, чем машине, даже когда оба ведут себя одинаково. С осведомлённостью иначе: её оценивали по поведению. Участники судили о вымышленных героях коротких историй, а не о реальных чат-ботах. Результаты опубликованы в журнале Cognition.
Для специалиста, к которому клиент приходит с рассказом о чат-боте, работа разводит два понятия, которые в обычной речи легко смешиваются. «Он меня замечает» и «он по-настоящему меня понимает» могут держаться на разных основаниях: первое — на том, как бот отвечает, второе — на представлении о том, чем он является. Переносится ли это на живую переписку с ботом, работа не проверяла.
Разговорные системы всё чаще ведут себя похоже на людей, и вопрос, видят ли в них кого-то, перестал быть отвлечённым. Авторы сопоставили две возможности. При функционалистском приписывании (по поведению) чем точнее агент откликается на обстановку, тем больше в нём видят сознания, будь он человеком или машиной. При эссенциалистском (по природе агента) сознание оставляют только определённым существам.
Работу выполнила группа под руководством Офелии Деруа (Ophelia Deroy) из Мюнхенской инициативы интерактивного интеллекта (MI3) при философском факультете Мюнхенского университета Людвига — Максимилиана; Деруа также работает в Мюнхенском центре нейронаук. Первый автор — Луи Лонжен (Louis Longin) с того же факультета. В группу вошли ещё Карпус (Karpus), Мертенс (Meertens) и Бахрами (Bahrami).
Исследование состояло из двух предварительно зарегистрированных серий, всего пять экспериментов. Участники из Великобритании читали описания ситуаций с человеком или искусственным агентом. Менялось одно: насколько точно герой откликается на пространственные, социальные и временные особенности обстановки. Затем участники оценивали его сознание и осведомлённость — в одних экспериментах по отдельности, в других вместе.
Сознание оценивали по эссенциалистской логике: при сходной отзывчивости людям его стабильно приписывали больше. Осведомлённость подчинялась другому правилу. И у людей, и у машин она росла вместе с отзывчивостью, хотя на самом высоком уровне людей всё же считали более осведомлёнными. Вывод авторы формулируют так: «Consciousness is treated as depending on what an agent is» («Сознание считают зависящим от того, чем агент является»).
Участники оценивали героев текстовых сценариев, а не собеседника, с которым сами переписывались неделями: привязанность в такой постановке не возникает, а доверие к агенту не измерялось. Все участники жили в Великобритании, и как те же правила работают в других языках и культурах, в том числе в русскоязычной среде, работа не показывает. Не показывает она и того, как словесные оценки связаны с поведением.