Ступенчатая помощь при посттравматическом стрессовом расстройстве (ПТСР), где сначала идёт онлайн-самопомощь, а затем при необходимости курс с терапевтом, заняла у специалистов на 8–10 процентов меньше времени, чем сразу полный курс когнитивной терапии обработки. Бросали её чаще. Это рандомизированное испытание на 84 взрослых. Результаты опубликованы в журнале Behaviour Research and Therapy.

Для специалиста, который работает с последствиями травмы, испытание очерчивает цену модели «сначала самопомощь»: время терапевта она экономит умеренно, а бросают её чаще. По клиническому интервью сразу после курса и по депрессии во всех замерах схема не уступила терапии с терапевтом по видеосвязи. По самооценке симптомов и качеству жизни равноценность показать не удалось, и данные склонялись в пользу курса с терапевтом.

Ступенчатая помощь (stepped care) устроена так: человеку сначала предлагают наименее интенсивное вмешательство и переводят на более интенсивное по заранее оговорённым признакам. Подход продвигают как способ расширить доступ к помощи при ПТСР, ведь полноценные травма-фокусированные курсы требуют много часов работы специалиста. Когнитивная терапия обработки (cognitive processing therapy, CPT) — один из стандартных протоколов такой работы.

Первый автор работы — Лариса Робертс (Larissa N. Roberts), руководитель исследования — Реджинальд Никсон (Reginald D.V. Nixon). Места их работы в сведениях о публикации не приводятся. Испытание финансировал австралийский Университет Флиндерса (Flinders University). Авторы сравнивали не просто два метода, а две организации помощи: лестницу из двух ступеней и сразу верхнюю ступень.

В испытании участвовали 84 взрослых с ПТСР или подпороговым ПТСР (симптомы есть, но до полного набора критериев не дотягивают): 86 процентов женщин, 87 процентов белых, возраст от 18 до 79 лет. Одних распределили в ступенчатую схему: сначала самостоятельная онлайн-программа This Way Up, затем, по заданным заранее критериям, CPT. Другие сразу проходили CPT по видеосвязи.

Симптомы ПТСР мерили клиническим интервью CAPS-5 и опросником PCL-5, депрессию — шкалой DASS-21, качество жизни — AQoL-8D. Замеры шли до начала терапии, после её окончания, через три и через шесть месяцев. Улучшение было в обеих группах, с одинаковой скоростью: по CAPS-5 размер изменений по Хеджесу (g) составил от 1,19 до 2,09, по PCL-5 — от 1,23 до 2,59, по депрессии — от 0,63 до 1,13.

Не меньшую эффективность (то есть отставание не больше заданного порога) удалось показать для клинического интервью сразу после окончания курса и для депрессии во всех замерах. Для PCL-5 и качества жизни её установить не удалось, данные склонялись в пользу CPT. Курс бросили 43 процента участников ступенчатой схемы и 26 процентов тех, кто сразу проходил CPT.

Выборка мала и однородна: почти все участники — белые женщины, и на мужчин и другие группы выводы переносятся с трудом. Сравнение шло с терапией по видеосвязи, а не в кабинете. Испытывали конкретную англоязычную программу, и аналог для русскоязычных клиентов — отдельный вопрос. Сами авторы пишут, что «future research is needed to address attrition» («нужны дальнейшие исследования, чтобы справиться с отсевом»).