Британские исследователи провели онлайн-беседу с пятью молодыми мужчинами 19–24 лет. Выяснилось, что тревогу участники называют обходными словами, стыдятся её и плохо понимают, куда идти за помощью. Это качественное пилотное исследование одной фокус-группы, и выводы в нём предварительные. Результаты опубликованы в журнале Counselling and Psychotherapy Research.
Работа касается первых встреч с молодыми клиентами-мужчинами. По её данным, тревога у них может звучать косвенно, бытовыми словами, без самого термина, а стыд за «слабость» влияет на то, что человек готов признать вслух. Авторы адресуют это консультантам, психотерапевтам и специалистам по молодёжному психическому здоровью. Как это выглядит в российском кабинете, работа не изучала.
Авторы исходят из британских национальных данных: повышенную тревогу испытывают около 30 процентов мужчин. При этом исследований, посвящённых только молодым мужчинам, мало, и то, как они сами описывают своё состояние, остаётся слабо изученным. Беседа прошла в период, когда тревога в населении была повышена после пандемии COVID-19. Этот фон авторы считают частью контекста ответов.
Исследование выполнила группа из Нортгемптонского университета. Первый автор — Одри Ораж (Audrey Orage) из аспирантской школы университета. Руководитель работы — Чао-Хва (Жозефина) Чен-Уилсон (Chao-Hwa (Josephine) Chen-Wilson) из Школы психологии того же университета. Третий соавтор — Уорнер-Гейл (Warner-Gale). Сведений о конфликте интересов и финансировании аннотация не приводит.
Участников набрали через британскую сеть молодых советников (Young Advisor network). Пятеро мужчин от 19 до 24 лет обсуждали тему онлайн, разговор шёл по полуструктурированному плану вопросов. Записи разобрали методом рефлексивного тематического анализа: исследователь выделяет общие смыслы в высказываниях и учитывает собственную роль в их толковании. Чисел и частот такой метод не даёт.
Авторы выделили три связанные темы. Первая — замалчивание: стигма, ожидания от мужчины и страх осуждения мешали признать тревогу и рассказать о ней. Вторая — нехватка слов: у участников не было общего словаря, и они сомневались, как распознать и объяснить своё состояние. Третья — барьеры к помощи: их тревогу отметали, принимали за другое, а путь к поддержке был неясен.
Работа вышла под названием «It's not something you are meant to have» («Это не то, что тебе положено иметь»). Участники говорили о внутреннем стыде и о нехватке поддержки и в семье, и у специалистов. Авторы предполагают, что лучшее понимание чувств в семьях, школах и службах помощи может помогать замечать тревогу раньше. Это предположение, а не проверенный результат.
Пять человек из одной страны, набранные через сеть молодёжных советников, вряд ли типичны: такие люди, вероятно, охотнее говорят о психическом здоровье. Беседа прошла один раз и пришлась на постпандемийный период. Работа не проверяла, меняет ли внимание к косвенным формулировкам ход консультации. Перенос на российских молодых мужчин не изучался. Сами авторы зовут повторить работу на более разнородных группах.